Не знаю, с чего это... Может съел чего за новогодним столом? Вы только громко не смейтесь, а?

Что он в ней нашёл? Этого она так и не смогла понять. Высокой, стройный с благородной, аристократичной бледностью, с идеально правильным профилем... И всегда чертовски холодный. Быть может именно этот, исходивший от него холод, и гнал толпы мурашек по её телу, заставляя сердце ухать куда-то глубоко вниз.
Нет, это просто недоразумение, что он, вообще её заметил. В конце концов, он - роскошный импортный холодильник с тремя отделениями и бездонной, как Марианская впадина, морозильной камерой. А кто она? Да никто - простенькая, отечественная кофеварка.
( Пра любофф... )

Третий час заслуженный артист П. терзал гармонь и охрипшим голосом орал матерные частушки:

На горе сирень цветёт,
Того гляди, сломится.
Парень девушку е**т -
Хочет познакомиться!

Зрители ломились в двери, рвались в окна, протискивались сквозь толпу, крушили мебель.

Время сдвинули на час,
Суета на глобусе.
Раньше х** стоял в постели,
А теперь - в автобусе!

-Оооо! - стонала заведенная публика. Экзальтированные поклонницы выли и заламывали руки, мужчины раскатисто ухали, дети смеялись, старики трясли седой стариной. Под ободряющие крики заслуженный артист пустился в пляс, резво приседая под "яблочко" и задорно раскидывая руки.
-Эх, эх, эх! - выдавал он.
-Ух, ух, ух! - поддавала и притопывала толпа.

Мне сегодня между ног
Как-то очень весело.
Это милка мне на х**
Бубенцы навесила!

-Ну мужик, ты даешь! - покатывались представители народа, душно клубясь перегаром.
Подстегнутый народной любовью, П. вдруг сделал то, чего сам от себя ( никак не ожидал... )

Когда я уезжал в Америку, мир был не такой как сейчас - другие разговоры разговаривались, другие думы думались, другие песни пелись. И, казалось бы, прошло не так много времени, а вот поди ж ты...

Кстати, о песнях...Когда я уезжал, Николай Фоменко еще пел в "Секрете", Валдис Пельш в "Несчастном Случае", Гурченко еще пела. Тимати и Дима Билан еще ходили в школу. Децл еще не ходил. Огромная страна блаженно не подозревала, что у Эдиты Пьехи есть внук. Родину ламбадило, макарэнило, колбасило и швыряло из одной крайности в другую, словно настроение Тани Булановой. Но вот она, наконец, развалилась и на свободу вырвался секс. "Позишин намбер ту!" - шокировал впечатлительных пенсионеров Кай Метов, и весь народ в едином порыве делал как Богдан Титомир.
Помню, Алла Пугачева прощалась со сценой, Иосиф Кобзон надел парик и занялся политикой, Боярский размахивал шпагой...Приятно сознавать, что остались еще ценности, неподвластные времени.

Когда я уезжал, в телевизоре показывали совсем другое. Якубович уже примерял скафандры в "Поле Чудес", но еще как-то без зверского оскала; Изаура еще рабынила на проклятого Леонсио; в честь Мануэллы называли улицы, детей и животных; Лёня Голубков хорошо прибавлял к пенсии, причём уже с утра; зато Александр Василич ждал до первой звезды; вентиляторный завод заключал, богатые рыдали, поколение выбирало (пепси-шмепси... главное, сухо!) и всё это под толстым-толстым слоем шоколада. И ведь смотрели же, и ведь радовались! При всём богатстве выбора другой простомарии не было.

Дом, который "2", успешно заменяли заседания Думы. Дом, который белый, уже обстреляли, но еще не отмыли. Фамилия "Собчак" еще ассоциировалась с политическим деятелем, а "Гордон" - с грязным ругательством. Президент уже был, но как-то местами, не совсем твёрдо, не вполне внятно и слегка не в фокусе.

Интернет еще не изобрели, а Петросян уже успешно воровал из него шутки. Мобильные телефоны существовали только в голливудских фильмах и были размером с главного героя. Электронное письмо к реальности имело такое же отношение, как узелковое. Блог - поэт серебряного века или вроде того... ЖЖ - две, поставленные впритык кабинки женского туалета. Айфоны...какие айфоны? Были телефонные будки - интерфейс, конечно, не тот, зато всегда было где справить нужду.

Когда я уезжал, не все девушки еще брили ноги. Пиджаки были всех цветов психоделической радуги, кроме человеческого. Молдаване на стройках не работали, поскольку ничего не строилось. Подъезды, если и сдавались, то без электронных замков, зато сразу с бомжами и с характерным запахом. Не было ни ночных, ни дневных дозоров - вполне хватало дружинников.

А язык! Сегодняшнее "позиционирование" - наверное, что-то из Камасутры или из творчества Кая Метова. "Пиар" - оттуда же. Китайский пуховик - гарантия качества. Пластмассовые электронные часы - сдача. Подержать в руках десятидолларовую купюру - удача. Двадцатидолларовую - счастье. Тридцатидолларовую - папа опять обменял рубли на барахолке.

Изменился мир. Когда я уезжал, евреи ехали в Израиль, везучие евреи - в Америку, самые везучие ехали на Чукотку и торговали нефтью. И вообще, все как-то старались попасть в Америку. И сейчас стараются, но уже Боингом или баллистической ракетой. Обидно.

А еще помню дыру в кармане, застиранные до смерти единственные джинсы и толпы юных, красивых, вечно доступных девчонок, пусть и с небритыми ногами. А теперь всё это куда-то подевалось... Ну это, конечно, Америка виновата.

История этого письма уходит корнями в глубину веков. Впервые его написал правитель империи инков Тупак Амару I на Великом Заборе Инков. Письмо содержало три буквы и указывало путь к счастью. Сегодня это письмо обошло весь мир и попало к Вам! Поздравляем! Перепишите письмо двадцать раз, и к Вам придет счастье!

В Россию письмо пришло в начале 18-го века - его получил крестьянин Никифор из села Мухино. Неграмотный Никифор не умел читать, поэтому переписал письмо, не читая. Спустя несколько дней, совершая рутинный подкоп под женской баней, Никифор нашел сундук. Сундук оказался доверху набит... письмами счастья! Прикинув, что привалившего счастья ему хватит лет на восемьсот, Никифор умер, так и не докопав до женской бани. Его дело завершили сыновья и внуки.

Перепишите письмо ровно 20 раз! 20 раз, ни больше, ни меньше - в этом секрет удачи.
Служащий банка Джон Иванофф получил письмо и переписал его 17 раз. На следующий день от него ушла жена, собака, хомячок и рыбки. Тогда он переписал письмо еще раз - рыбки и хомячок вернулись, но ушли тараканы. И еще раз - вернулась собака с тараканами, но ушел хомячок. И еще 10 раз - вернулись теща, жена, родственники жены, любовник жены, родственники любовника, собака, рыбки, тараканы, хомячок, родственники хомячка, любовник хомячка и какой-то незнакомый мужик с бензопилой. Все они поселились в одной спальне вместе с Джоном Иваноффым и жили счастливо. Особенно мужик с бензопилой.

Помните, письмо приносит удачу! Одному слепому музыканту, обладателю 8 платиновых, 17 золотых и 33 межпозвоночных дисков письмо вручили поклонники. Поклонники сказали "перепиши письмо и прозреешь!". Музыкант переписал письмо и прозрел. "Ура!!!" завопили поклонники. И музыкант оглох.

Ни в коем случае не теряйте письмо, иначе Вас постигнет большое несчастье!
Ассенизатор Никитич нашел письмо в навозе. Он не успел прочитать - письмо вырвала из рук буренка Пелагея и сожрала. Через день ассенизатор Никитич снова нашел письмо, и снова его сожрала буренка Пелагея. После того, как история повторилась 44 раза, буренку Пелагею постигло большое несчастье - ее пристрелил ассенизатор Никитич.

Не рвите, не выбрасывайте, не удаляйте и не сжигайте письмо! Однажды письмо попало к генералу-фельдмаршалу Кутузову. Кутузов сжег письмо и случайно спалил всю Москву.

Если в Вашей жизни настала черная полоса - не выбрасывайте письмо!
Бездомный безработный Лазарь Экклезиастович Бомжих, поджигая почтовые ящики в элитном доме, обнаружил в одном из них это письмо. Лазарь Экклезиастович скрупулёзно скопировал письмо и разослал его всем жильцам. На следующий день все жильцы элитного дома стали бездомными и безработными. Вот оно счастье!

Хотите стать богатым? Не выбрасывай письмо!
Известный миллиардер Джон Рокфеллер контролировал 95% нефтедобычи США. У него была вилла и земельный участок в 700 акров, дома в Нью-Йорке, Флориде, личное поле для игры в гольфа и набор клюшек. А ведь не получи он письмо, не видать ему клюшек!

Михаил Ходорковский получил письмо от некого анонимного "В.П." В послании предлагалось заплатить налоги, а также разослать копии ближайшим друзьям и знакомым. Если бы только Ходорковский верил в письма счастья...

Не будьте как Ходорковский, отнеситесь к этому серьезно! Перепишите письмо 20 раз и разошлите своим знакомым! А еще лучше, вложите в конверт 100 долларов и пошлите мне. Пусть хоть кому-то будет счастье.

Ну как я тебе? Ничего, да? Мне тоже нравится. Он в принципе неплохой автор - может, если захочет. Только ты меня не трогай, ладно? Ну чего тебе меня трогать - я уже и так хороший, красивый, правильно выстроенный текст... Я понимаю, ты редактор, у тебя работа такая, но послушай...Отложи меня в сторону, а? Вон лучше теми стишками займись, a меня не трогай... Вот так, вот и хорошо... Стой! Нет, не делай этого! Убери карандаш! Ой, мама...( Много букв, вырезанных )

У Стругацких ребята из далёкого светлого будущего как-то пытались объяснить значение старинного выражения "Дрожит, как банный лист". Получалось очень весело. Интересно, как наши далёкие потомки будут трактовать некоторые из сегодняшних расхожих выражений?

"Забить стрелку"
Специалисты по древним языкам считают, что "забить" - это ни что иное как искаженный вариант слова "забыть". Согласно историческим архивам, первым животным, полетевшим в космос, была собака по имени Стрелка. Где её по недосмотру и забыли. С тех пор забытая Стрелка является символом вечности, незыблимости. Всё течет, всё меняется, и только Стрелка кружит вокруг Земли, нарезая бесконечные круги на орбите.
(См. также "забыть козла", "забыть болт", "забыть на работу")

"Виноват стрелочник"
Имеется в виду человек, забыший на орбите Стрелку.

"Один в поле не воин"
Здесь мнения специалистов разделились. Одни полагают, что речь идет о неком силовом поле...Другие гадают над тем - кто же такая Поля и почему одного воина ей мало?.
( ... )

Никите Фомичу 37.7 года. Росту он невысокого, внешности непримечательной, ума не выдающегося, но цепкого. Образование у Никиты Фомича среднее и местами даже неполное высшее. Работает он на производстве, зарабатывает не ахти как, но на жизнь хватает и даже на недельный отпуск в Турции раз в 2.3 года.

У Никиты Фомича есть дети, полторы штуки, в основном девочка. За свою жизнь Никитa Фомич был женат 1.8 раз и разведен 1.4 раза - то есть он скорее женат, чем нет. Жена Никиты Фомича - женщина средних лет, среднего телосложения, среднего достатка, среднего темперамента и высшего образования. Последнее очень мучает Никиту Фомича, отчего тот бегает на сторону, где и происходит большая часть его сексуальных контактов с частотой 1.3 раза в неделю. Тем не менее, разводиться Никита Фомич не собирается. Ведь семья для него скорее святое, чем нет.

Никита Фомич - среднестатистический гражданин Российской Федерации. Несмотря на свою непримечательность, судьба его чрезвычайно волнует всевозможных ученых и аналитиков, которые по несколько раз в день заглядывают в гости к Никите Фомичу и задают разные каверзные вопросы. "Мол, а сколько раз вы были женаты, Никита Фомич? А разведены? А есть ли у вас машина? А сколько времени вы проводите в пробках, Никита Фомич? А как часто вы меняете постельное белье? А нижнее?"
И хоть Никита Фомич не совсем понимает причину такого болезненного интереса к себе, он приглашает гостей на кухню, рассаживает их за желтой клеенчатой скатертью, угощает чаем и терпеливо отвечает на все вопросы - все-таки ученые, маркетологи, уважаемые люди...

Так вот и узнали ученые-маркетологи, что проживает Никита Фомич в двухкомнатной квартирке в панельном доме где-то в средней полосе. И что имеет он мебельный гарнитур из ДСП, пылесос, цветной телевизор, стиральную машину, советский холодильник, ковер и видеомагнитофон. И что потребляет Никита Фомич тонну пищи в год, в том числе 49 кг мяса и рыбы, 57 кг картофеля и 150 пачек макарон. А выпивает аж 15 литров водки и 47 литра пива. И что смотрит Никита Фомич телевизор 1533 часов, а читает в основном детективы, не меньше трех романов в год...

Все-то знают ученые-маркетологи о Никите Фомиче, обо всем-то они проведали. Единственное, о чем они не догадываются - так это то, что врёт среднестатистический Никита Фомич по 4 раза в день, или по 28 раз в неделю, или по 1460 раз в год. Не знают того ученые-аналитики, оттого и не родился еще ни в одной умной голове самый главный вопрос: А стоит ли вообще верить Никите Фомичу?

Когда я вырасту у меня тоже будет своя секретарша. Она тоже будет приносить мне кофе, свежие газеты и тапочки. Она будет варить такой кофе и приносить такие тапочки, что чужие секретарши будут скулить от зависти и злобно перешептываться по углам. У моей секретарши будут грустные, преданные глаза и рыжая блузка с белыми пятнами на боку. По утрам она будет встречать меня в приемной, поправляя прическу, высунув розовый язык и радостно виляя попой. А затем она сядет у двери и будет терпеливо дожидаться, когда я выведу ее на шоппинг.
Потом она будет обзванивать своих подруг и хвастаться, как шеф балует ее вкусной премией и даже позволяет иногда таскать со стола целые куски квартального отчета. И как ей хорошо со мной. И как она вовсе и не собирается линять по весне.
А после сытного обеда она будет ласково будить меня, - "Дмитрий Анатольевич, у вас совещание!" - и смешно тыкаться мне в лицо мокрым, холодным носом. А я буду трепать ее умную мордочку и сонно приговаривать - "Не сейчас, не сейчас - скажите им, чтобы начинали без меня..."
Я обязательно придумаю своей секретарше какое-нибудь имя. Что-нибудь не слишком вульгарное и запоминающееся. Возможно я назову ее Люси. Или Каштанка. Или на худой конец Мария Сергеевна. Ведь у каждой секретарши должно быть имя...А когда она состарится, перестанет попадать по клавишам, а изо рта у нее будет пахнуть сыростью, я отдам ее в приют для секретарш. Ну не усыплять же сразу? Там о ней будут заботится - подпиливать ногти, вкусно кормить и два раза в день выводить на шоппинг.
Когда я вырасту у меня обязательно будет своя секретарша. А сейчас извините...Если срочно не принесу шефу тапочки, спать придется в прихожей.

В норвежском городе Бергене триста дней в году идут дожди. По улицам города хлюпают мрачные, промокшие люди с несчастными лицами и хромыми судьбами. Они мечтают о теплом местечке у камина и о сухом белье... И не удивительно, что в норвежском городе Бергене самый высокий процент самоубийств на душу населения, ибо душа населения города Бергена давно и безнадежно размокла.

"Хочешь такой же ровный загар, как у меня?" - хвастается горожанам бронзовая красотка с рекламного щита, и они топятся с горя в главной городской луже.
"В Париже и в Вене солнце!" - издевается ежедневный прогноз, и они стреляются из отсыревших револьверов.
"А главное, сухо!" - надрывается реклама в телевизионном ящике, и они выбрасываются из окна. Прямо в бушующую внизу реку.

За свою историю город Берген много раз переживал мощные наводнения в результате непрерывных дождей. Эту норвежскую деревню Гадюкино уже неоднократно смывало, но самоотверженные жители каждый раз с завидным упорством отстраивали её заново. Однако, в апреле 1916-го горожанам наконец-то повезло - на целые две недели дождь перестал лить. Такого праздника город не видел давно: народные гулянья, ярмарки, костюмированные представления, фейерверки, салюты! В конце второй недели в городе разразился страшный пожар, и Берген сгорел практически дотла.

С тех пор, несмотря на сухой закон, население города упрямо не просыхает. И каждый из них тайно лелеет свою маленькую хрустальную мечту - хоть раз в жизни вырваться в курортный Лондон и до хрустящей корочки жариться на берегу знойной Темзы.

Впрочем, если вы все же решитесь посетить Берген, уверяю вас, вы не пожалеете! Только здесь вы сможете насладиться видом старых городских стен, изящно увитых переплётом редчайших водорослей; отведать уникальную городскую кухню - сухофрукты в собственном соку, сильно моченые яблоки, ну и что прилив выбросит; и конечно вдохнуть знаменитый соленый берегенский воздух полными жабрам.

А если вам негде остановиться, могу порекомендовать замечательный отель "У погибшего водолаза" - бельё там всегда свежо и нежно благоухает молодой плесенью, а работники вежливы, гостеприимны и практически не склонны к суициду. Только ради бога, не говорите с ними о погоде. Ведь в норвежском городе Бергене триста дней в году идут дожди... И только в редкие часы, когда тучи наконец-то расходятся, сквозь узкий просвет в тяжелом, набухшем небе на головы еще не верящих в свое счастье горожан райской благодатью валит град.

Подхватывая знамя у глубокоуважаемой feline_tea.

Кто сказал, что у человека одна национальность? Лично во мне варится, клокочет и булькает целый бульон разных национальностей, народов, народностей и племен. Есть в том бульоне и русский, и американец, и украинец, и да, не побоюсь этого слова, еврей.

Мой внутренний русский суров и неулыбчив, но это только внешне - стоит с ним заговорить, и вот уже он твой лучший кореш, и вся его широченная душа нараспашку! Правда, до тех пор, пока ее не запахнёт внутренний еврей - не оттого что тот скрытный, вовсе нет - просто он очень беспокоится, чтобы внутренний русский не простудился, да не подхватил всякую заразу с раскрытой-то душой. Трогательные отношения у этих двоих - то любовь у них до гроба, то наслушается один в подворотнях всякого, да и пойдет бить другого - спасать меня. И оба мечутся неприкаянные, оба куда-то рвутся, ищут чего-то... Один тоскует душой, другой печалится глазами. И вроде бы все у них в порядке, а вот поди ж ты, разберись... И что характерно, каждый из них мнит себя избранными, хотя я-то их точно не избирал.

Араб...С этим сложно. Характер у моего внутреннего араб, прямо скажем, не подарок - скандалит, обижается по пустякам, упрям как осел. С юмором у него туго, на шутки реагирует неадекватно, особенно на шутки внутреннего еврея (говорят у них там неприятная история вышла, но я не вмешиваюсь.) Чуть что - взрыв. Подросток - что с него взять? Надеюсь перебесится, иначе придется принимать меры и по капле выдавливать из себя араба. Но не будем больше о нём - внутренний араб очень не любит, когда его лишний раз изображают.

Зато внутренний чукча - добрый малый: он светел душой, но несколько...альтернативно ( интеллектуален головой )

Завидовать, братцы, нехорошо. Я вот лично никогда никому не завидую. Вот как почувствую, что поднимается этакий червячок со дна, так и задавлю его в самом зародыше. И соседу своему я тоже не завидую. Ну а чего завидовать-то? Ну молодой, ну красивый, ну одевается модно, на Бентли ездит... Ну коттедж трёхэтажный. Ну девушек домой водит...Все время разных, что характерно. Ну и что? Я вот совсем ему не завидую. Ведь откуда у него всё это? А оттуда, что человек поставил перед собой цель, упорно к ней шел и в результате добился чего хотел. Ну разве такой человек может вызывать зависть?

Мне, признаться, даже жаль его. Ведь он, поди и света белого не видит - вкалывает на работе с утра до ночи, как лошадь. Ну как на работе...Я как в окошко в бинокль не погляжу - его Бентли стоит, а сам он дома. Ну значит из дома человек работает или по ночам трудится - да и какое мне дело? А девушки...Ох, братцы! Там такие ходят, что линзы в бинокле потеют...Ну так оно ж и понятно! Высокий, плечистый, красавец, умница! Ну как умница... Он когда узнал, что я из России, спросил - а где, мол, такой штат.

Зато человек он хороший! Женщины - они ведь умные, они ведь плохого человека не полюбят. Ведь правда?( ... )

-Ну не хочу я с тобой драться! Я же не дурак и прекрасно понимаю, что никаких шансов у меня нет, - пожилой, одутловатый рыцарь стянул некогда блестящий, а сейчас изрядно потускневший шлем и протёр платочком потную лысину.
-Ты вон какой здоровенный, да еще с этим... огнемётом своим... А у меня что? - Рыцарь развел руками, демонстрируя свой нехитрый арсенал: видавший виды меч с отколотым острием, почерневший огрызок некогда благородного щита и изжеванные подвигами и временем латы.
-А я что-ли хочу? - дракон флегматично поковырялся когтем в зубах и отогнал хвостом стайку назойливых воробьёв, -Можно подумать у меня других забот нет, как тебя жарить... Иди себе с миром!
-Рад бы, да не могу, - рыцарь тяжело вздохнул, - Надо драться.
-Кому надо-то?
-Ему! - рыцарь покосился в сторону пригорка возле пещеры и заговорщически зашептал, - Вон видишь прячется! Наблюдает! Записывает! Конспектирует! Писака хренов!
-Чтоо?! Опять??? - дракон приподнялся на задние лапы, и рявкнул в сторону пригорка, -А ну поди сюда!( ... )

Антон Палыч страшно выпучил глаза, на шее у него вздулась толстая пульсирующая вена, а на лбу крупными каплями выступил пот.
-По капле...выдавливать...из себя...раба... - кряхтел Антон Палыч, - по капле... Наконец он глубоко вздохнул, еще раз поднатужился...

...В центре рабочего кабинета Антона Палыча стоял пожилой босой негр, одетый в драную рубаху из грубой мешковины и в неопределённого цвета бесформенные штаны. Впрочем, несмотря на возраст, негр был рослый, могучий, широкий в плечах. Лицо у него было доброе, благодушное, и во всем его облике ощущалось доверчивость и душевная простота.
-Дядя Том, - представился пожилой негр и расправил плечи.
Не веря своим глазам, Антон Палыч приподнялся со стула, поправил пенсне, и осторожно, боясь спугнуть видение, приблизился к гостю.
-Неужели! - воскликнул он, наконец, и радостно всплеснул руками, - Неужели мне всё таки удалось выдавить из себя раб...эээ, простите - вас?!
-Может быть принести чаю, хозяин? - зычным, округлым басом предложил Дядя Том и добродушно обнажил два ряда ослепительно белых зубов.
-Да что вы, что вы, голубчик! Какой же я вам хозяин! Это скорее вы - мой хозяин! Вернее были хозяином...Да вы не стесняйтесь, присаживаетесь, - Антон Палыч указал на кресло подле письменного стола. Гость нерешительно потоптался на месте, но сесть так и не отважился.
-Так вот вы какой...- Антон Палыч обошел вокруг гостя, -Вот вы какой... - повторил он, качая головой и причмокивая.
Он прислушался к своим ощущениям - ощущения были такие, словно с него только что сняли тяжелый груз. На душе было хорошо, легко и спокойно. А главное, на душе было свободно.
-А что если это не всё? Что если еще остались? - пронеслось вдруг в голове Антона Палыча, - Эх, чем черт не шутит! - и он осторожно, без лишнего усердия поднатужился. ( ... )

Вечерело. Холодало. Торопилось. Семенилось. Натолкнулись. Налетели. Не узнали. Постарели.
Посидели. Говорили. Вспоминали. Погрустили. Отыскали. Открывали. Наливали. Помолчали.
Помрачнелось. Разболелось. Взбередилось. Помутилось. Накатилось. Распылилось. Не забылось. Не простилось.
Зазвенело. Затрещало. Зарычало. Захлестало. Размахнулoсь. Подкосилoсь. Повалилoсь. Покатилoсь...
Отряхнулись. Усмехнулись. Открывали. Наливали. Вечерело. Холодало. Разобрались. Полегчало?

Вот вы говорите - экология, экология...Да в нашем городе об этой экологии никто и не слышал. А почему? А потому что не было в нашем городе экологии! То есть ходили слухи о том, что иногда, если повезёт, когда смог рассеивается, и солнечный свет пробивается сквозь жирную завесу заводского дыма кое-где можно разглядеть её смутные очертания....Но ни я, ни мои знакомые, ни знакомые знакомых ни разу ту экологию не видали.

Вот река у нас в городе была, да - Волга называется, может слышали? Водичка там была чистейшая...правда её там немного было, водички-то - в основном желеобразная жижа из органических и не очень соединений. Ну а что вы хотите - большой промышленный центр: шинный завод, моторный завод, машиностроительный завод, нефтеперерабатывающий завод, судостроительный завод... И это не учитывая мастерскую по ремонту обуви в переулке им. Фрунзе. Её, кстати, потом прикрыли - уж больно экологию портила, зараза.

А какая в той Волге водилась рыба, братцы! Глаза у неё - во! Плавники - во! А уж про глаза на плавниках я вообще молчу. Бывало, закинешь удочку... и всё - нету удочки. Динамит жрала только так. А вот хлеб не трогала - она ж не самоубийца, чтоб наш хлеб есть.
А бывало, подойдешь к водичке, свистнешь в два пальца, а вся рыба сразу к тебе! На берег выбежит, шерсть распушит, рядом присядет, все восемнадцать ножек подогнёт, уши развесит - на деревце, не высоко - выше летать не умела, и давай языком чесать! А потом спохватится, что, мол, поздно уже, извинится деликатно, головой кивнёт интеллигентно так, другой кивнёт и обратно в стихию.( ... )

Разглядываю спутниковые фотографии города, в котором вырос. С высоты город видится ненастоящим, схематичным, упрощённым до набора простых геометрических фигур: прямоугольные крыши хрущёвок, окружности куполов, овалы стадионов, кривые просёлочных дорог, синусоиды рек, отрезки мостов...
Вот крохотный прямоугольник, в котором уместились детство, совсем еще молодые родители, коммуналка, сумасшедшая соседка, бабушка и еще живой дедушка. А вот растянутый овал со спицами, словно погнутое велосипедное колесо - это брошенная на землю тень от "чёртова колеса", с которого когда-то был виден целый мир - почти как сейчас, только тогда он виделся намного яснее.
А вот две параллельные прямые - длинные, тонкие, едва заметные. Это трамвайные пути, застрявший на них старенький, набитый людьми "Жигулёнок" и водитель трамвая, упрямо не желающий тормозить... Удар пришёлся в пяти сантиметрах от бензобака.
А вот и выпускной, институт, друзья на всю жизнь, водка до беспамятства, споры до хрипоты, вспыхнувшая ниоткуда и ушедшая в никуда влюблённость, балкон с голой соседкой, рябина в окно - это уже другой прямоугольник.
Идеальная окружность, прочерченная, словно циркулем с отметиной в самом центре. Это летняя беседка - правильная и простая по форме, как и те, ещё детские чувства, которые скрывает от дождя её круглая крыша. Круглая крыша, круглые дураки...
Чёрный квадрат, вросший в город щетиной голых деревьев - это парк, через который приходится поздно вечером возвращаться домой. И где-то там, за квадратом, у подъезда дежурит мама, стоит задержаться хотя бы на минуту.
А вот ещё один прямоугольник. Здесь уже всё по-взрослому, по-настоящему. Здесь всё впервые - обида, гордость, прощение и прощание. И то, о чём не напишешь.
Вот уже много лет, как я сменил карту, перебрался в чужую систему координат. Другие фигуры окружают меня, да и сама жизнь идёт теперь по другим уравнениям. И всё же, где-то там, в той незатейливой геометрии, умудрился я застрять бесконечно малой точкой... И, похоже, очень надолго.

Следующий пост будет веселее, обещаю.

Тема конкурса: День Красной Кнопки

-Точно не хочешь? - малыш в третий раз протянул Карлсону булочку, густо намазанную клубничным вареньем, но тот лишь вяло отстранился.
-Ну как хочешь, - малыш откусил большой кусок и, блаженно улыбаясь, принялся жевать.
-Мубубубуму! - промычал он с набитым ртом.
-Что? - не понял Карлсон
-Я спрашиваю, почему ты всегда такой хмурый?!
-Какой хмурый? - спросил Карлсон и поправил на носу очки с толстыми линзами.
-Ну такой... Во-первых, ты всё время грустишь, лицо у тебя печальное.
Карлсон подозрительно ощупал небритую физиономию и пожал плечами.
-Во-вторых, ходишь ты как старик - весь сгорбленный и ногами шаркаешь... Почему?! Ведь ты же мужчина в полном рассвете сил!
Карлсон устало отмахнулся.
-А одежда? - не унимался малыш, - Ты только посмотри как ты одет - ну прямо как мой учитель географии! Серые брюки, пиджак этот непонятного цвета - он на тебе как мешок болтается! А ботинки? Сколько лет твоим ботинкам?
-Ботинки как ботинки, - флегматично произнёс Карлсон, осматривая коричневые, со сбитыми носами калоши, бывшие когда-то ботинками.
-Не знаю я, - сказал малыш, отхлебнув чаю, - Странный ты. Сладости терпеть не можешь, кашу свою ешь с варёными овощами, - малыш брезгливо поморщился, - И молчишь всё время. Всё-то из тебя нужно клещами вытаскивать!
-Если ты что-то хочешь знать, пожалуйста, спрашивай, - сказал Карлсон и принялся протирать очки носовым платком.
-Ну хорошо...Ну вот... Вот почему ты живешь в подвале? ( Дальше... )

Бывает порой такое чувство, будто забыл сделать что-то очень важное - например, выполнить данное кому-то обещание. Именно с таким чувством проснулся в этот день Горшков. Нащупав босыми ногами тапочки, он прошаркал в ванную, затем, вернувшись оттуда, заварил кофе, сел за стол и включил маленький телевизор на кухне.
"...очередная книга о Гарри Поттере установила новый рекорд продаж! 3 миллиона экземпляров разошлись в Великобритании за первые сутки!" - захлёбывался от восторга телевизор.
Горшков переключил канал, в поисках утренних новостей.
"Никогда еще за всю историю почтовая служба не доставляла столько экземпляров одного и того же издания..."
"Вот уже вторую неделю прочно лидирует в мировом кинопрокате пятый фильм о Гарри Поттере..."
"...тысячи фанатов штурмуют резиденцию известной английской писательницы..."
После нескольких неудачных попыток отыскать новости Горшков чертыхнулся, выключил телевизор, оделся и отправился на работу.
В салоне троллейбуса было подозрительно тихо. Пассажиры не переругивались, не толкались, не просили передать на билетик. Вместо этого все они - кто сидя, кто стоя, а кто облокотившись на соседа - уткнулись в книгу в яркой желтой обложке, на которой был изображён патлатый подросток в круглых очках, со странным зигзагообразным шрамом на лбу.
-Хммм... - многозначительно промычал Горшков, выходя на своей остановке, и уже готовился окунуться в привычный городской гам, но с удивлением обнаружил, что и здесь что-то не так. Только сейчас он заметил, что людей и машин на улице гораздо меньше, чем обычно, и оттого, еще вчера запруженная проезжая часть и тротуары, сегодня казались сиротливо опустевшими. Город вымер, и только монотонное бормотание гигантского плазменного экрана, ржавым гвоздём торчащего в самом центре исторической части города, нарушало непривычную тишину.
На подходе к своей конторе он увидел, как подъёмный кран устанавливает гигантский рекламный щит прямо на стене офисного здания напротив. Щит занимал этажа три и изображал группу подростков, один из которых, в уже знакомых круглых очках с зигзагообразным шрамом, размахивал чем-то, вроде, прутика.
-С ума все посходили, - проворчал Горшков и потянул на себя дверную ручку, заранее подозревая неладное.( Неладное... )

Вообще-то я редко участвую во всякого рода конкурсах, тем более литературных. Ну как редко? Ну никогда. А тут, то ли тема понравилось, то ли ещё чего... Короче, вот что из этого вышло.
Тема: День зелёных человечков

Воспитательницу Веру Михайловну никто не любил. Впрочем, это не совсем верно. Воспитательницу Веру Михайловну боялись, как геенны огненной, хотя никто толком не знал - как выглядит эта самая гигиена и почему её, до сих пор, никто не потушил. Страх Вера Михайловна внушала вполне оправданно - голос у воспитательницы был низок и басовит, лицо нахмурено и сурово, а манеры грубы - всё в Вере Михайловне было грубо. Ходили упорные слухи, что по вечерам она подрабатывает в тюрьме самым главным надзирателем... Впрочем, горячая нелюбовь детей к воспитательнице сопровождалась пламенной взаимностью.

-Построение на прогулку! - Громоподобно возвестил раскатистый бас Веры Михайловны, и у Димки по позвоночнику пробежал очень неприятный холодок. Прогулку Димка любил, но вот построение на неё ненавидел всеми силами своей маленькой души.
-Десять! Девять! Восемь! - Димка заметался в поисках панамки. Без дурацкой панамки на улицу выходить не разрешалось, как не разрешалось разгуливать по тюрьме без пудовой гири, прикованной к ноге. Про гирю Димка знал точно.
-Пять! Четыре! - Проклятая панамка всё никак не хотела находиться, и хотя Димка не знал, что будет после цифры "один", он особенно и не стремился выяснить. ( Дальше... )

Этот текст долгое время пролежал в "столе"...

...равномерный стук из моего рабочего стола. Стук исходил из того самого ящика, в который я, время от времени, складываю всевозможные недописанные тексты, в надежде когда-нибудь к ним вернуться. Одним словом, это и есть мой собственный "долгий ящик". Интересно, когда я открывал его в последний раз?

С трудом отыскав ключ, я вставил его в замок и не без усилия повернул. ( В ящике... )

Сказать, что он любил книги - значит не сказать ничего. Книги он боготворил. Книгами он наслаждался. Книгами он жил. Всю свою жизнь он окружал себя книгами разных форматов, обложек, размеров, изданий и авторов. Поэзия, проза, беллетристика, философия, сказки... невозможно сказать что он любил больше. Наверное, ничего и, одновременно, всё.
Он часто убегал от суеты своего маленького, серого мира сюда - в мир печатных грёз. Здесь царила священная тишина, и приглушённый свет струился с матовых стен. Здесь, в библиотеке, он мог пропадать целыми днями. Здесь он поглощал одну книгу за другой, и никто не осмеливался его тревожить.
Единственное, что вызывало у него раздражение - это иллюстрации. Он ненавидел, когда кто-то пытался отнять у него главную из свобод - свободу его собственного воображения. Кроме того, от яркой пошлости красок у него часто болела голова. Он вообще не переносил красок.

Смерть настигла его внезапно. Она предстала пред ним в-виде костлявой старухи в тёмном платке на тощих плечах. Старуха ухмыльнулась, занесла над своей седой головой орудие убийства...
-Книга! - пронеслось у него в голове. Темнота грузом навалилась сверху, и он уже не слышал, как глупые девчонки-студентки визжали при виде дохлой мыши.

Фёдор Алексеич Лопухин сидел на краю раскладушки, низко уронив голову, и имел вид человека, убитого горем. Впрочем, он и был убит горем. Шутка ли - от Лопухина ушла жена. Сказала, что давно встретила другого - побогаче, да понахальнее. Заявила, что не хочет больше жить в этой нищете, ютиться в конуре однокомнатной не хочет, а хочет ездить в отпуска по заграницам, шубы норковые хочет, дорогие автомобили, да бриллианты. Добавила, что всё, чего у него, у Лопухина нет, есть у другого. Собрала чемоданы и хлопнула дверью.
И вот теперь в голове Фёдора Алексеича один за другим вспыхивали и тут же угасали безумные планы - то кровавой мести, то сведения счетов с этой дрянной жизнью. Отчаяние наваливалось сверху таким неподъёмным грузом, что становилось трудно не то что дышать - жить.
-В радости и в горе, в богатстве и в бедности... - проговорил он вслух и горько усмехнулся. Ну откуда ему, школьному учителю, взять это богатство? Спасибо, хоть, что телефон вон недавно провели. Бедность не порок...не порок... Он обвёл взглядом свою конуру, в тысячный раз отметил масляное пятно на обшарпанных обоях, самодельную мебель из полированных досок, выцветший ковёр на полу... Убого-то как!
-Ну почему?! Почему кому-то всё, а мне ничего!? - Фёдор Алексеич не любил театральных жестов, но сейчас он с мстительным удовольствием сжал кулаки и гневно потряс ими в потолок.

Затем произошло странное. ( Странное... )

-Даааа, - разочарованно проговорил биолог, - Не ахти какой экземпляр получился.
-Может усыпить, пока не поздно, - спросил лаборант?
-Усыпить мы всегда успеем, - ответил биолог и встряхнул пробирку. Существо в пробирке встрепенулось и стало испуганно озираться по сторонам.
-Дизайн, конечно, не самый удачный... поганенький дизайн, прямо скажем... ну да пусть пока живёт, - сказал биолог и посмотрел на часы, - О! А у нас, как раз, обед! - с этими словами он материализовал из холодильника бутерброд с ветчиной и с наслаждением от него откусил.
-А размножаться оно как будет? - неожиданно спросил лаборант.
Биолог поперхнулся бутербродом и закашлялся, - Размножаться? А это еще зачем?
-Ну как? Вам разве не интересно, что из всего этого выйдет?
-Что выйдет? Ну протянет оно день-два, неделю, в лучшем случае...
-А если дольше? Какие повадки оно приобретёт, чем будет питаться, какое у него будет потомство...если будет, конечно.
Биолог в задумчивости прожевал кусок бутерброда.
-Может почкованием? - предложил он минуту спустя, - просто, а самое главное, стандартно.
-У меня есть идея получше! - торжественно заявил лаборант, - Вот, посмотрите, - он набросал на листе бумаги несколько схематичных рисунков, и размахивая руками стал что-то объяснять.
Через минуту биолог хохотал, прислонившись к стене и держась за живот.
-Ну ты даёшь, - выдавил он из себя, наконец, - Такого я ещё не видел!
-Ну попробовать-то можно! - настаивал лаборант, и в его голосе чувствовалась обида.
-А, черт с тобой! - утирая слезы, проговорил биолог, - экспериментировать, так экспериментировать. Куда ты сунул биоматериал, из которого получился этот?
Лаборант неуверенно посмотрел на раковину для смыва био-отходов и пожал плечами.
-Понятно, - сказал биолог, - придётся материал позаимствовать...
Оба с жалостью посмотрели на существо, неловко трепыхавшееся в пробирке.
-Можно воспользоваться участком кожного покрытия, или волосяным покровом, - рассуждал биолог, - но в идеале, конечно, нам нужна костная ткань. Ну, скажем... ребро.
В руках у биолога блеснуло что-то очень острое и металлическое. Существо зажмурилось.

-С помощью радио-углеродного метода нам удалось определить возраст находки, - докладчик ещё раз продемонстрировал увесистый брусок с отполированной до блеска поверхностью, - семьдесят миллионов лет лет. Семьдесят миллионов, господа!
По аудитории прокатился гул.
-Исходя из абсолютно правильной формы предмета, можно с уверенностью заключить, что перед нами не просто игра природных сил. Перед нами, коллеги - продукт разумной деятельности!
-Вы с ума сошли! - выкрикнул пожилой профессор в очках, - какая разумная деятельность семьдесят миллионов лет назад!?
-А что вы скажете на это? - с этими словами докладчик принялся выкладывать на стол странного вида предметы: блестящие шары, причудливые стекляшки, чёрные матовые диски, - эти артефакты мы обнаружили в недавно открытых на юге шахтах. Все они пролежали в глубине пород миллионы лет, и при этом великолепно сохранились! Правда, предназначение большинства из этих предметов нам пока неизвестно...
-То есть, вы хотите сказать, - возмутился профессор, - что семьдесят миллионов лет назад кто-то наштамповал эти ваши побрякушки, причём из материалов, устойчивых к любой коррозии?? Может это дело рук инопланетян? Или таинственных гномов? Или самого лешего, чёрт побери?!
-Всё, что я хочу, коллеги, это осмелиться предположить, что очень давно на Земле существовала разумная жизнь... Возможно даже цивилизация, с достаточно высоким уровнем технологического развития...
-Бред какой-то! - профессор снял очки и тщательным образом протёр запотевшие линзы полой пиджака.
Это идёт вразрез со всеми нашими представлениями о эволюции! Семьдесят миллионов... - он пожал плечами и в задумчивости почесал седую голову левым щупальцем.

-Ты что, парень, совсем спятил?! Что значит "прыгнуть"? - тупость новенького начинала выводить из себя.
-А вот так - взять да и прыгнуть! - ответил рыжий паренёк, подбоченившись.
-Да куда прыгнуть-то?!
-Не "куда", а "откуда"! Отсюда прыгнуть, отец. Отсюда - туда.
Мужики удивлённо переглянулись. Кто-то покрутил у виска, а долговязый справа лишь запыхтел трубкой.
-Неужто вам невдомёк, - заговорил новенький, - что всё это - не настоящее? Подделка это всё. Настоящее - оно там... - он остановился и мечтательно посмотрел куда-то перед собой.
-Послушай, парень, кончай трепаться! - терпение главного подходило к концу, - Тяни, давай, лямку!
-Да что "тяни-то"? Только и слышишь, что "тяни, да тяни!" Уж который год тянете, а толку?
-Ты давай это... помалкивай. Сказано тяни, значит тяни, - пробурчал угрюмый старик слева.
-А вот не буду! - на миг воцарилась тишина - онемели даже те, кто возмущался больше всех. Воспользовавшись удачным моментом, новенький затараторил:
-Где-то там, совсем рядом, есть другой песок, другая река... - оглянувшись, он перешёл на заговорщицкий шёпот, - другие люди!
По толпе прокатился возмущённый гул.
-И я знаю как туда попасть! Всё, что нам нужно... - он осёкся, словно пробывал на вкус новое слово, - нам нужно ещё одно измерение!
-Да заткните ему хлебало! - не выдержал кто-то сзади и толкнул его в спину так, что новенький еле удержался на ногах.
-Ещё одно измерение! - не унимался он, - вам трудно это понять, но иногда вы можете его почувствовать! Надо просто его представить!
-Видать, совсем от жары рехнулся! - отметил долговязый с трубкой и довольно заухал.
-Только очень хорошо представить! А потом прыгнуть туда... Просто прыгнуть...
-Эй, рыжий, - раздался оклик сзади, - сейчас в репу получишь, если не заткнёшься!
И новенький, наконец-то, притих.

Какое-то смутное чувство тревоги заставило смотрителя Русского музея замедлить шаг у внушительного размера полотна. Илья Репин, "Бурлаки на Волге" - в картине, которую за годы работы в музее он видел тысячи раз, казалось, ничего не изменилось... За исключением, пожалуй, одного: молодой бурлак в рыжей рубахе, в самом центре композиции, куда-то исчез. Исчез бесследно, словно его там никогда и не было. Позади того места, где он когда-то стоял, открылась узкая полоска горизонта, а на ржавом песке сиротливо валялась потёртая лямка.