Category: знаменитости

Category was added automatically. Read all entries about "знаменитости".

аффтар суровый

О Стасе Михайлове, Жигулевском и санкциях

Вещевой рынок "барахолка". Ранне утро. Продавщица пивного ларька открывает дверь и исчезает внутри. Из динамиков над окошком вырывается очень громкое. Поет Стас Михайлов. Работники соседних ларьков вздрагивают. Среди них "Союзпечать", сувениры, кожаные изделия из Еревана и бабка, торгующая семечками.

Долгие уговоры сделать Стаса потише или вообще вырубить не приводят ни к чему. Угрозы бесполезны. Ларьковая общественность понимает, что на прямой физический контакт лучше не идти. То есть они бы с удовольствием, но в пивном ларьке бейсбольная бита. Поэтому сговариваются всей барахолкой Жигулевское не покупать. Пока Стас в динамиках не сдохнет. На Балтику 3 и 7 уговор пока не распространяется. Бабулька с семечками пытается прикинуться нейтральной стороной, мотивируя тем, что уж больно любит Жигулевское, личное знакома с зятем продавщицы, и вообще ей Стас Михайлов не мешает, ибо глуха. Но ей грозят эмбарго на семечки. Под давлением бабка скисает и нехотя присоединяется к санкциям.

В течение первых полутора часов санкций экономика пивного ларька практически не страдает. Более того, Балтика-3 стала продаваться как-то даже резвее. В недрах ларька кому-то радостно рапортуют о небывалых успехах и новых высотах, кричат "ура!" и, кажется, доносится марш. Часам к десяти тройка заканчивается. Остается семерка и много Жигулевского. Стас Михайлов тем временем набирает обороты - "Без тебя, без тебя!"

Видя, что предыдущие шаги результатов не принесли, рынок решает ужесточить меры. Теперь не покупают и семерку. Бабулька с семечками пытается возражать, но ее быстро затыкают, пригрозив заморозить все ее активы. Перспектива грызть замороженные семки бабку пугают, и она сдается.

К полудню ВВП пивного ларька чувствительно пошатнулся. В надежде залатать растущую дыру в бюджете, продавщица пытается решить проблему собственными силами. Одолев две бутылки Жигулевского, и смачно рыгнув, она наконец понимает, что без внешнего сотрудничества придется туго. Она уже и сама ненавидит Стаса Михайлова, но продолжает идти на принцип. Стас Михайлов надрывается и берет всех на слабо.

А может все-таки отпи...ть? - предлагает кто-то из лотка с китайскими пуховиками. Но на него цыкают, и он растворяется.

К концу дня у продавщицы пивного ларька сдают нервы. Она вывешивает в окошке табличку "Закрыто на учет". Вскоре из ларька доносится крик - "Так не доставайся же ты никому!" и звук бьющегося стекла. Из под ларька растекается желто-пенная река. "Жигулевское", - доходит до мировой общественности. Мировая общественность в шоке. Мировая общественность негодует.
-Как же так? А смысл? - вопрошают головы из палаток с индийским "адидасом" и вьетнамским "рибоком". Мировая общественность столпилась вокруг ларька. Все молча смотрят на пенную лужу. Бабка крепче сжимает кулек и, кажется, всхлипывает. И только Стас Михайлов никак не угомонится - "Без тебя, без тебя..."
Коля

Кто такой Николай Валуев?

“Если наступить кирдыку на ногу - тебе придёт Николай Валуев”,
народная мудрость


Николай Валуев родился в небольшой деревушке в семье простых сибирских йети. Увидев ребенка, родители сразу же решили назвать его в честь знаменитого пра-пра-прадедушки, того самого, который служил у Петра в кунсткамере. И который там же и похоронен.

Коленька рос крепким мальчиком. В 10 месяцев он уже ходил, говорил и брился. В два года помогал бабушке по хозяйству: отделял мясо от скотины, молоко от коров, гусеницы от трактора. В свободное время он плёл венки из пней, фенечки из дубовых корневищ, клеил гербарии из медвежьих шкур. К 3-м годам Николай мог одним ударом завалить взрослого быка. Но предпочитал действовать лаской и Collapse )
аффтар суровый

Аншлаг

Сегодня ночью был секс с Кларой Новиковой. Что любопытно, у меня. Прошу отметить, что Клару Новикову в телевизоре я не видел вот уже лет 15, а вживую еще дольше. Изображения Клары Новиковой, в любом виде, в печатном и непечатном, мне тоже не попадались. Я не слышал голос Клары Новиковой, не читал её интервью, Клара Новикова не фигурировала в качестве литературных персонажей ни в одной из прочитанных мною книг.

Прошу также отметить, что все эти годы Клара Новикова не являлась активной, да в общем-то, и пассивной участницей моих фантазий. Не то, чтобы она была мне отвратительна... просто в длинном, но увы, ограниченном списке желающих принять в них, в фантазиях, участие, для Клары Новиковой как-то до сих пор не находилось места. Видимо когда-то, в мои юношеские годы, пользуясь всеобщим ажиотажем, под лозунгом "Добро пожаловать всем!!!" она записала на руке номерочек и под шумок затёрлась где-то между Розой Люксембург и Ириной Хакамадой.

А вот сегодня, может так сложились планеты, может просто у Клары Новиковой вдруг вспыхнуло горькое чувство обиды и разочарования... Но она решилаCollapse )
аффтар суровый

Рабы Антона Палыча

Антон Палыч страшно выпучил глаза, на шее у него вздулась толстая пульсирующая вена, а на лбу крупными каплями выступил пот.
-По капле...выдавливать...из себя...раба... - кряхтел Антон Палыч, - по капле... Наконец он глубоко вздохнул, еще раз поднатужился...

...В центре рабочего кабинета Антона Палыча стоял пожилой босой негр, одетый в драную рубаху из грубой мешковины и в неопределённого цвета бесформенные штаны. Впрочем, несмотря на возраст, негр был рослый, могучий, широкий в плечах. Лицо у него было доброе, благодушное, и во всем его облике ощущалось доверчивость и душевная простота.
-Дядя Том, - представился пожилой негр и расправил плечи.
Не веря своим глазам, Антон Палыч приподнялся со стула, поправил пенсне, и осторожно, боясь спугнуть видение, приблизился к гостю.
-Неужели! - воскликнул он, наконец, и радостно всплеснул руками, - Неужели мне всё таки удалось выдавить из себя раб...эээ, простите - вас?!
-Может быть принести чаю, хозяин? - зычным, округлым басом предложил Дядя Том и добродушно обнажил два ряда ослепительно белых зубов.
-Да что вы, что вы, голубчик! Какой же я вам хозяин! Это скорее вы - мой хозяин! Вернее были хозяином...Да вы не стесняйтесь, присаживаетесь, - Антон Палыч указал на кресло подле письменного стола. Гость нерешительно потоптался на месте, но сесть так и не отважился.
-Так вот вы какой...- Антон Палыч обошел вокруг гостя, -Вот вы какой... - повторил он, качая головой и причмокивая.
Он прислушался к своим ощущениям - ощущения были такие, словно с него только что сняли тяжелый груз. На душе было хорошо, легко и спокойно. А главное, на душе было свободно.
-А что если это не всё? Что если еще остались? - пронеслось вдруг в голове Антона Палыча, - Эх, чем черт не шутит! - и он осторожно, без лишнего усердия поднатужился. Collapse )
аффтар суровый

Лямка

-Ты что, парень, совсем спятил?! Что значит "прыгнуть"? - тупость новенького начинала выводить из себя.
-А вот так - взять да и прыгнуть! - ответил рыжий паренёк, подбоченившись.
-Да куда прыгнуть-то?!
-Не "куда", а "откуда"! Отсюда прыгнуть, отец. Отсюда - туда.
Мужики удивлённо переглянулись. Кто-то покрутил у виска, а долговязый справа лишь запыхтел трубкой.
-Неужто вам невдомёк, - заговорил новенький, - что всё это - не настоящее? Подделка это всё. Настоящее - оно там... - он остановился и мечтательно посмотрел куда-то перед собой.
-Послушай, парень, кончай трепаться! - терпение главного подходило к концу, - Тяни, давай, лямку!
-Да что "тяни-то"? Только и слышишь, что "тяни, да тяни!" Уж который год тянете, а толку?
-Ты давай это... помалкивай. Сказано тяни, значит тяни, - пробурчал угрюмый старик слева.
-А вот не буду! - на миг воцарилась тишина - онемели даже те, кто возмущался больше всех. Воспользовавшись удачным моментом, новенький затараторил:
-Где-то там, совсем рядом, есть другой песок, другая река... - оглянувшись, он перешёл на заговорщицкий шёпот, - другие люди!
По толпе прокатился возмущённый гул.
-И я знаю как туда попасть! Всё, что нам нужно... - он осёкся, словно пробывал на вкус новое слово, - нам нужно ещё одно измерение!
-Да заткните ему хлебало! - не выдержал кто-то сзади и толкнул его в спину так, что новенький еле удержался на ногах.
-Ещё одно измерение! - не унимался он, - вам трудно это понять, но иногда вы можете его почувствовать! Надо просто его представить!
-Видать, совсем от жары рехнулся! - отметил долговязый с трубкой и довольно заухал.
-Только очень хорошо представить! А потом прыгнуть туда... Просто прыгнуть...
-Эй, рыжий, - раздался оклик сзади, - сейчас в репу получишь, если не заткнёшься!
И новенький, наконец-то, притих.

Какое-то смутное чувство тревоги заставило смотрителя Русского музея замедлить шаг у внушительного размера полотна. Илья Репин, "Бурлаки на Волге" - в картине, которую за годы работы в музее он видел тысячи раз, казалось, ничего не изменилось... За исключением, пожалуй, одного: молодой бурлак в рыжей рубахе, в самом центре композиции, куда-то исчез. Исчез бесследно, словно его там никогда и не было. Позади того места, где он когда-то стоял, открылась узкая полоска горизонта, а на ржавом песке сиротливо валялась потёртая лямка.